буддизм
фотографии
творчество
путешествия
кто здесь
RSS
справочник
разное
переводы
истории
личный опыт

Синтез /

(опубликовано 01.04.2009)

Идея Просветления и истинной природы ума в разных религиях, а также небольшое объяснение, почему все, что нам нужно, уже есть здесь и сейчас.

Естественный союз пустоты и сочувствия


Часто приходится слышать слово «эго» или фразу «это все - происки эго». «Эгоизм» считается негативным качеством, а если и принимается некоторыми философскими школами, то только с поправкой «разумный». И зачастую, стоит только встать на тот или иной путь духовного самосовершенствования, мы враз обзаводимся вечным врагом, с которым предстоит сражаться, которого предстоит уничтожать или, в лучшем случае, растворять.

Но давайте задумаемся о том, что же такое «эго». Кто-нибудь видел этого загадочного зверя?

В общем говоря, мы думаем, что «эго» - это все то, что мешает нам быть просветленными или святыми. То, что заставляет нас спать до полудня вместо того, чтобы встать в 6 утра и медитировать. То, что злится на продавца в магазине, когда оказывается, что закончилось наше любимое печенье, а не желает этому продавцу безусловного счастья и скорейшего просветления.

Эгоист - это тот, кто не поступает так, как я хочу.

Если мы постоянно склонны спать долго и раздражаться по мелочам, то это уже то, что мы можем назвать нашей личностью: «я - соня« или «я - вспыльчивый». Духовный искатель и практикующий, в отличие от обычного человека, не будет это все холить и лелеять в себе, как уникальные черты своей уникальной личности, а будет пытаться превозмочь. Для него вдали будет маячить образ «я - Просветленного», хорошего и доброго, смелого и красивого, который он будет пытаться воплотить.

Если же смотреть не на духовных искателей, а на обычных людей, никак не связанных с философскими школами, то многие из них всеравно будут иметь в своем сознании образ «я - правильного» (миллионера, идеальной жены, супермодели, самого лучшего дизайнера...), который они будут пытаться достичь точно так же, как искатели пытаются достичь просветления: удаляя все, что этому идеалу не соответствует, и заполучая все, что под него подпадает.

Функционирование их сознания абсолютно идентично функционированию сознания духовных искателей, они точно так же пытаются получить то, что хотят и избавиться от того, что не хотят. Только в большинстве случае в роли препятствий на пути они склонны видеть людей, которые им мешают, а в роли целей - внешние объекты и понятия.

Миры обычных людей и духовных искателей, конечно же, диффузируют. Если вдруг оказывается, что просто отобрать деньги у всех подряд, чтобы стать миллионером, невозможно по тем или иным причинам (законы запрещают или другие сильнее), то приходится согласиться с тем, что надо бы чему-то научиться, стать трудолюбивым, творческим и, в общем, как-то изменить себя. Здесь идут в ход всевозможные книги соответствующей тематики, а впоследствии могут начаться и тренинги. В общем, каша, внешне очень похожая на ту, в которой варятся и многие духовные искатели.

Духовные искатели все, как на подбор, вызубрили, что менять надо исключительно себя самого (и тогда изменится весь мир), но по старой привычке все еще меняют внешние обстоятельства: переехать повыше в горы, к примеру, в традиционно религиозные места или оказаться в обществе единомышленников, чтобы легче загонять себя медитировать и молиться. Так каждый намечает для себя тропинку во внешнем мире, по которой вроде как можно прийти к тому, что он видит в образе Просветления.

И какая тут разница, спросите вы? Достигать ли просветления на вершинах гор или просто стремиться вершинам той или иной карьеры?

Разница может быть только одна: любую мирскую цель можно четко описать и наметить и, соответственно, однозначно достичь. Либо у вас есть миллион долларов, либо нет. Либо ваши размеры 90-60-90 и у вас контракт с Vogue, либо нет. Мужчина или женщина, которого вы хотите, либо рядом с вами, либо нет. Это все очень четко.

Погружаясь же в определенные религиозные философии мы почти сразу же столкнемся с тем, что нашу главную цель, то, к чему мы стремимся, нелься однозначно описать или формализовать, можно лишь наметить некоторые ее признаки или качества. В теистических системах это обычно будет Господь, к которому мы возвращаемся, который неописуем и непознаваем, однако милосерден к нам и любит нас. В буддизме, отрицающем идею высшего Творца - это будет просто Пустота - вне всех концепций и понятий, реализация которой проявляется в нас качествами радости, бесстрашия и активного сочувствия. А у того же Кастанеды был Тональ и Нагваль, и так далее.

Именно с этой позиции можно говорить об единстве всех религий и путей: если школы, абсолютно разные философски, культурно и методологически, ставят в качестве финальной цели что-то принципиально неформализуемое, значит они стремятся к одному и тому же. Потому как концепции могут быть сколь угодно разными, а вот отсутствие концепций одно на всех.

«Он сорвал с нее покрова греха, и радостно она рассталась с ними. Но, когда он попытался снять покрова добродетели, она стала сопротивляться, и ему пришлось сорвать их силой. И только так - нагая - вошла она в чертог Его» - это приблизительная цитата из древнеиндийских Ведах и ею описывается соединение индивидуальной души с Господом. Легкий и простой символ - как сама жаркая Индия - девушка, которая входит в спальню к своему мужу.

В буддизме мы говорим о завесах на природе ума, которые нужно удалить, грязи, которую нужно счистить с зеркала. Почему бы не говорить об одежде, которую нужно снять всю, без исключения, чтобы как следует соединиться в любовном экстазе?


Если помимо непознаваемости и неописуемости цели та же философская школа утверждает, что то, к чему нужно стремиться, - всепронизывающее и вездесущее, а значит присутствует здесь и сейчас, то не сомневайтесь - вы на правильном пути.

Итак, нам нужно выйти в состояние вне концепций, нам нужно реализовать пустоту, впустить Бога в сердце, проявить Нагваль, открыть свою истинную природу... И каждая философская школа будет предлагать свою интерпретацию того, что нам мешает и, соответственно, что нужно удалить.

Некоторые христианские школы будут говорить о бесах, которые нами управляют, и их шефе - Сатане, Князе Тьмы. Современные буддисты любят похвастаться тем, что такой глупости, как Дьявол, в их прогрессивном буддизме нет, но кто же тогда Мара, повелитель Тьмы? А практикующие Чод могут дать фору многим христианам в количестве «увиденных» демонов.

Но и те, и другие будут утверждать, что «на самом деле это все имеет совсем другой смысл».

Христианство очень образно и эмоционально, по сравнению с ним буддийский метод изложения информации может показаться очень сухим, но «Лама в сердце» и «живой Иисус в сердце» работают с человеческим сознанием одинаково.

Христиане не привыкли думать так много, как буддисты, они избегают «мудрстововать лукаво», но как бы они не возмущались попыткам логически простроить их многогранный эмоциональный мир, все, что они знают о «Христе» - это определенный набор концепций, который, однако, ведет к внеконцептуальным, как они называют «бессловесным», «безобразным» переживаниям в процессе соединения с Иисусом в молитве, а также к последующему изменению образа жизни: они стараются вести себя с людьми так, как бы вел себя их Учитель. Такой же результат должен следовать и от буддийских практик.

Христианам помогает вера в то, что Иисус живой: он воскрес и с ними. Более логические буддисты в процессе медитации «гуру-йога» точно так же напрямую соединяются с Просветлением через собственного Ламу, проявляя в себе его качества, и им в этом помогает знание о непрерывности линии передачи поучений: от нынешнего Ламы до самого Будды Шакьямуни, а уж в его Просветление приходится просто верить.

Если же удается найти подробные инструкции о том, как правильно молиться, то их напрямую можно применять и к буддийской медитации, сделав поправку только на терминологию.


Некоторые школы будут говорить, что главное препятствие - это мы же сами, точнее - наше «непросветленное эго».

Хотя нам кажется, что наша жизнь очень ясная и упорядоченная, что мы очень последовательны и логичны, это не более чем иллюзия. Себя самих мы практически не знаем. Речь не идет даже о своей истинной природе, мы толком не знаем даже собственные непросветленные тенденции.

Проверить это очень просто: что вы делали в то же самое время ровно год назад? О чем конкретно вы в тот момент думали?

О чем конкретно вы думали ровно сутки тому назад и что делали?

А о чем вы думали ровно час назад?

И в тот момент, когда вы открыли эту статью?

Обезьяну тоже можно научить расчесываться, одеваться и складывать определенные вещи в определенные места - за еду. Родители с детства дрессируют детей, вкладывая в них определенные схемы взаимодействия с миром, используя и кнут, и пряник. В итоге мы получаем огромный неопознанный механизм в собственной голове, который постоянно выдает нам те или иные реакции. И так как в каждый момент времени мы помним и осознаем не так уж и много, это можно сравнить со считывающей головкой винчестера, которая видит только одну цифру - ноль или единицу - в каждый конкретный момент времени.

Притягивание и отталкивание, притягивание и отталкивание, плюс и минус, один и ноль...

То, что перед нами на экране сейчас осмысленный текст на странице определенного дизайна, в окошке операционной системы - плод огромного количества алгоритмов обработки битов информации. Подобным образом, алгоритмам обработки нужно научиться для того, чтобы познать самого себя.

Это можно сравнить с программой распознавания образов. Она видит не более, чем поток пикселей, каждый определенного цвета, она не знает, что это фотография женщины с кудрявыми рыжими волосами в зеленой блузке. Чтобы начать это видеть, ей нужна помощь: и так, загружая свой портрет на сервер с коллекцией модных причесок, мы указываем, где начинается, а где кончается лицо, какой контур глаз, губ и носа. Таким образом, прическа и макияж попадают на нужное место. А некоторые продвинутые программы по нескольким фотографиям могут даже построить трехмерную модель.

В буддизме есть классификация мешающих эмоций, считается, что все наши реакции подпадают под определение либо неведения, либо гнева, либо желания (привязанности). Иногда к базовым трем еще добавляется зависть, гордость, неправильные взгляды и цепляние за «я» - это все разные алгоритмы распознания.

А развить в себе нам нужно любящую доброту и сочувствие на относительном уровне, которые на абсолютном уровне и будут нашей истинной природой, Просветлением.

Далее в буддизме предлагаются медитации, позволяющие разглядеть в себе негативные тенденции, осознать их и превратить в любящую доброту и сострадание. Наиболее интересны медитации Ваджраяны, которые устроены так, что позволяют напрямую переписать реакции в нашем сознании, так, что мы становимся более радостными, любящими и сострадательными, даже толком не успев осознать, какими были до того.

В итоге, мы начинаем говорить, что «эго растворяется» или «эго слабеет», и в какой-то момент становимся смелыми настолько, что решаемся посмотреть на сам ум.

Слово «смелый» здесь употреблено неслучайно. В очень многих духовных учениях упоминается о страхе увидеть свою истинную природу, об огромном шоке, который может испытать сознание, увидев ее, туда же - страх и трепет перед Господом, явившим свой лучезарный лик.

Снова цитируя Веды, однажды кто-то захотел опозорить девушку и прилюдно сорвать с нее сари. В стыде и страхе она взмолилась Господу, чтобы тот сделал ее сари бесконечным. Если вы когда-нибудь видели индийскую национальную одежду - это шестиметровая тряпка, в которую женщина особенным способом заворачивается. Сорвать сари - это раскрутить его, а девушка в бесконечном сари бесконечно крутится вокруг собственной оси. Зная уже, что обнаженность женщины в Ведах символизирует истинную природу ума, мы получаем другую интерпретацию колеса Сансары: девушку, которая крутится в своем бесконечном сари, потому что боится оказаться обнаженной.

Буддизм обычно не отвечает на вопрос: «как началась Сансара? Откуда она началась?» Изначальное неведение с точки зрения буддизма всегда было, хотя и может быть прекращено. А одно из самых глубоких препятствий к тому, чтобы Просветление в себе увидеть - это свой собственный страх и стыд перед самим собой же за то, что так долго заблуждался по его поводу.


Гнев, мешающая эмоция. Желание, мешающая эмоция. Неведение, мешающая эмоция. Да, мы знаем состояние «хочу», и если оно не захватывает нас с головой, то мы даже в силах его отметить. То же самое касается и гнева.

Но давайте всмотримся внимательно в то, что же это на самом деле такое. Что такое наше «хочу» или «нет, уберите немедленно»?

И мы увидим, что весь наш мир - это непрерывный поток восприятия постоянно меняющихся картинок, по поводу каждой из которых мы непрерывно что-то думаем. Хотя я употребляю слово «картинка», речь на самом деле о продукте всех пяти органов чувств, не только зрения.

Соответственно, желание - это когда мы что-то видим или помним, знаем или помним, что это приятно и хорошо, и хотим пережить снова или хотим постоянно обладать этим. А гнев - это когда мы что-то видим или помним, знаем или помним, что это неприятно, неправильно, и хотим никогда с этим не соприкасаться, а еще лучше - удалить прямо сейчас и навсегда.

Соответственно, в каждый момент у нас есть восприятие, объект восприятия и способ восприятия, плавно перетекающий в действие по направлению к объекту.

Скажем, когда мы видим огонь, мы сразу знаем, что он может обжечь и не суем туда руку. Когда мы видим красивого парня или девушку, мы сразу начинаем заигрывать, потому что знаем, что это может привести к кое-чему очень приятному. А когда мы видим кучку дерьма, мы тут же зажимаем нос рукой и возмущаемся.

И так шестеренки нашей сансары катятся по наезженным рельсам.

Единственная вещь, которую мы обычно никогда не делаем - это подвергаем сомнению наш способ восприятия. Наш мир стабилен и незыблем: огонь обжигает, а дерьмо отвратительно. Но если внимательно подумать, мы не всегда знали об этом и не всегда думали именно так. Даже то, что есть сейчас, может измениться: когда-нибудь какой-нибудь парень или девушка особенно жестоко с нами поступит и весь противоположный пол превратится из безусловного объекта наслаждения в условный объект страдания, а если с нами никогда не поступали хорошо - так и вовсе, безусловный.

Что бы мы ни думали по поводу объекта, который воспринимаем, мы всегда можем найти один конкретный момент, когда мы начали так думать. Будучи младенцем мы постарались ухватить красивый и яркий огонек свечи и обожглись, было больно и неприятно. Тогда же, когда мы пытались вылепить что-нибудь из собственных какашек, мама отловила нас и очень отругала, объяснив, что это отвратительно, и мы ей поверили. А если мы не поняли с первого раза, то скорее всего то же самое повторялось, пока мы, наконец, это не запомнили. И так начался наш привычный способ мышления именно этим способом, который ведет конкретным действиям, которые мы совершаем.

Практически никто из нас не помнит своего раннего детства, однако это не значит то, что его невозможно вспомнить. В тот момент, когда вы оказываетесь запертыми в ритритной комнате, в любом замкнутом пространстве, поток внешних впечатлений прекращается. Но ум, который привык что-то переживать каждую секунду, естественно, продолжает это делать - через поток воспоминаний.

Детей часто сравнивают со святыми или просветленными, а святых и просветленных - с детьми. Взгляд на мир и тех и других - очень свежий, лишенный концепций. И когда начинают выходить младенческие воспоминания, каждый момент фиксации концепции вспоминается, как ужасная боль и утрата - и неудивительно, ведь в этот момент теряется наивысшее блаженство просветления.

Именно поэтому совсем маленькие дети очень часто так горько плачут, реагируя на какие-то слова взрослых, с точки зрения тех абсолютно безобидные.


Когда идет речь о «завесах ума» имеются в виду как раз эти раз и навсегда запомненные и таким образом концептуализированные моменты восприятия. Все наше мировоззрение, все, что в нем присутствует, без исключения, составлено из таких моментов-концепций.

Рассматривая внимательно, чем эти моменты-концепции являются, мы можем понять, что это - просто наш опыт в мире. Наше знание о мире, которое одновременно является нашим же неведением постольку, поскольку мир бесконечно переменчив, а любое знание или опыт, какими бы они ни были - фиксированы.

Таким образом, именно неведение лежит в основе всех завес, всех мешающих эмоций и непросветленных тенденций.

Удалив неведение и все, что из него произрастает, мы останемся с одним лишь ясным восприятием и его объектом - материальным миром, переживаемым через наши пять органов чувств.

Когда используются йидамы в союзе - мужчины и женщины в соитии - имеется в виду именно внеконцептуальное восприятие (будда-мужчина) вместе с пространством, ощущениями и миром (будда-женщина), в который оно проникает. А радость сексуального союза если и включается в этот набор, так наравне со всем остальным, не больше и не меньше.

Если рассмотреть внимательнее объекты нашего восприятия, а здесь нам поможет и современная наука, и буддийская философия, мы прийдем к тому, что они все, без исключения - пусты.

С точки зрения науки это будет согласно строению атомов, где пространства между электронами и молекулами гораздо больше, чем размеры самих частиц. А если уж говорить о самих микро или нано частицах, то они могут абсолютно спонтанно исчезать и растворяться в вакууме.

С точки зрения философии срединного пути - Мадьямаки - «пустой» значит не сколько пустой, как может быть пуст стакан или другая емкость, сколько «пустой от» - от независимого существования. Дело в том, что никакой объект не существует сам по себе как «объект»: когда-то его не было, когда-то он появился и когда-то неизбежно перестанет существовать. Стакан был выплавлен и огранен, машина - сконструирована из множества частей, а перед этим изобретена и спроектирована, а наше собственное тело взяло свое начало из соединения двух клеток: сперматозоида и яйцеклетки, и на уровне микромира представляет собой кипящий, бурлящий котел перемен, даже если мы сами при этом не шевелимся. Время же стирает все: и живое, и неживое.

И поэтому пусто все без исключения. Объект восприятия, любой, какой бы он ни был, - пустота.

Думая, что просветленные видят пустоту, мы зачастую воображаем, что они видят какую-то особую форму мира или имеют какой-то особый способ восприятия, недоступный нам, непросветленным. Однако, они видят все то же, что и мы, просто они видят все, как оно есть, их восприятие не замутнено прошлым опытом.

Говоря же об идее пустоты, ее концепции, которую мы развиваем в процессе изучения буддийской философии, она может помочь избавиться от других концепций, как палка может помочь костру разгореться, но в итоге должна быть оставлена точно так же, как и все остальное - брошена в уже разгоревшийся огонь.

Двигаясь дальше, когда мы набираемся достаточно смелости вспомнить, чем были все наши самые глубокие мистические переживания, все наши самые благословенные моменты, все моменты нашей самой большой ясности, самого сильного сочувствия, самой чистой любви - мы понимаем, что это было всего лишь наше естественно присущее восприятие.

Все самое лучшее, что происходило с нами в жизни было наше собственное восприятие в те моменты, когда оно вдруг освобождалось от завес и сияло перед нами своим естественным светом.

Это и есть Просветление, которое присутствует в нас уже сейчас, которое ближе, чем наша собственная кожа, и которое нужно просто увидеть.

И, наконец, рассматривая это восприятие внимательнее, мы замечаем, что оно - сочувственно по своей природе. Мы безгранично сочувствуем сами себе, именно поэтому со всевозможным усердием и концентрацией всю жизнь заняты тем, чтобы соответствовать собственным же концепциям. В тот момент, когда мы ясно и без концепций увидим других существ - не как куски мяса, красивые или некрасивые, знакомые или незнакомые - то, что мы будем переживать, будет абсолютно идентично тому, что мы можем назвать сочувствием.

Каждое воспринимающее существо обладает природой Будды только постольку, посколько способно воспринимать. И поскольку оно способно воспринимать, постольку оно и сочувственно по своей природе.

Самый прожженный «эгоист», самый извращенный маньяк и убийца также обладают сочувственной природой Будды, просто концепции-завесы их ума таковы, что единственное воспринимающее существо, которое они видят, это они сами, а единственный способ получить наслаждение, который они знают и опыт которого у них есть, подразумевает те негативные поступки, которые они в итоге совершают. Попросту говоря, они крайне невежественны, и это все, что отличает их от Будды.

Пустота - это весь окружающий мир, сочувствие - это наше собственное восприятие. Все, что нам нужно сделать, чтобы постоянно и естественно находиться в союзе пустоты и сочувствия - это удалить завесы с собственного ума. А что касается это «эго» - это просто концепция.


другие тексты

 CTRL

интересно / Разное

© 2011 Оксана | кто это?